АМАНСАУЛЫҚ

Чтобы выяснить, кто избил пациентку интерната для психохроников, правозащитники отправились за стены закрытого учреждения. Увиденное и услышанное их, мягко говоря, удивило…

Ранее мы описывали случай, когда на «горячую линию» фонда обратилась мать девушки с нарушением психического здоровья. Она попросила разобраться в случившемся: 24 августа на очередное свидание с матерью девушка явилась с огромным синяком под глазом. На вопрос женщины о том, что произошло, медсестра интерната ничего не ответила.

Комиссия по изучению факта избиения пациентки собралась лишь к 7 августа. После обращения фонда «Амансаулык» в управление здравоохранения г. Алматы с требованием разобраться в ситуации, главврач интерната пригласил общественников посетить пострадавшую девушку.

Когда врач — консультант «горячей линии» Амансаулык Гаухар Ткаченко и президент ОО "Защита прав пользователей услуг в сфере ментального здоровья "Преодоление" Виктор Хан увидели больную – синяка и выпиравшего глазного яблока уже и в помину не было. Что, кстати говоря, не удивительно, ведь прошло более двух недель!

И только теперь, кажется, медперсонал интерната смог собраться с силами и объяснить случившееся. Виновницей в появлении синяка у девушки, с их слов, оказалась ее соседка по палате, с которой накануне случился эпилептический приступ. Падая на пол, она рукой задела глаз девушки – вот вам и синяк! — в один голос объясняют лечащий врач, две санитарки и старшая медсестра интерната.

Слово в слово эту историю описывает каждый из них в своей объяснительной записке по поводу произошедшего.

Гаухар Ткаченко, врач-консультант «горячей линии»

Как под копирку писали, шаблонно, что заставляет меня задуматься о том, насколько правдоподобно данное объяснение.  Я так и не смогла понять, кто же стал свидетелем падения соседки при эпилептическом приступе, кто зафиксировал этот факт… Ни в одной из предоставленных нам объяснительных это обстоятельство не уточняется. В не зависимости от того, что стало причиной случившегося, лечащий врач обязана была принести извинения, как самой пациентке, так и ее матери.

Об этих обязанностях врача консультант «горячей линии» напомнила  и лечащему врачу девушки. «Она удивилась моим словам,  и тут же дала понять, что ни перед кем не извинялась и извиняться не собирается», рассказывает Гаухар Ткаченко.

Неординарная интерпретация причины появления синяка у девушки немало удивляет и Виктора Хана, президента ОО "Защита прав пользователей услуг в сфере ментального здоровья "Преодоление":

На мой взгляд, это удивительно! Услышанное нами еще раз служит подтверждением тому, что в закрытых учреждениях подобного рода доказать факт избиения пациента невозможно. Легко списать все на соседа по койке.

В этом случае реакция администрации вполне предсказуема: любая организация с удовольствием возьмется писать подобные объяснительные, чтобы не запятнать свое имя.

К сожалению, времени со дня нанесения побоев, если таковые имели место, прошло много, поэтому сейчас невозможно установить с точной достоверностью факт избиения.

Не оправившись после одной неожиданности в виде объяснения о злополучном соседстве, правозащитники столкнулись с другой.

В проеме между пожарным запасным входом и лестничной решеткой лежала другая подопечная дома-интерната. Назвать темный закуток, расположенный около входной двери, «домом» было бы оскорбительно. Но несмотря ни на что пациентка отбывала здесь свою ссылку.   

Медперсонал сконфузился; правозащитнику и врачу быстро объяснили, что больная «буйная», «сексуально-расторможенная», потому держать ее с другими пациентами невозможно, но пообещали перевести пациентку  в палату.

Гаухар Ткаченко:

Если пациентка буйная, неуправляемая, то ей необходимо ввести успокаивающие препараты. На сегодняшний день у нас есть эффективные медикаменты. Если ситуация выходит из-под контроля медперсонала интерната, то есть стационар, где больной окажут соответствующую помощь. В данном случае – это нарушение прав пациентки.

Виктор Хан:

Это нонсенс! Нахождение больной около входной двери врачи оправдываются тем, что пациентка «сексуально расторможенная», «другим нельзя с ней находиться». Однако это не причина, чтобы изолировать больную женщину в место, неприспособленное для людей. Для таких случаев у нас существуют специальные палаты, где за пациентами с тяжелым состоянием пристально следят.